Вселенная в моей парадной 0


Художник и фотограф. Акрил и выдержка. Уголь и линзы космического телескопа. Две выставки в киевских галереях.

Киевская галерея “ЦЕХ” действительно похожа на заводской цех. Помещение ангарного типа, высокий потолок, много пространства между стенами. Только безлюдно. Будто рабочие, услышав гудок, собрали свои станки и унесли их прочь. Пока они не вернулись к своей работе, украинский художник Рустам Мирзоев представил здесь свою выставку “Парадный портрет”.

Название выставки объясняется так: “Это каламбур: “парадными” раньше называли подъезды домов, которые были настолько парадными по сравнению з нашими подъездами, что наши современники охотно бы в них фотографировались на “парадные портреты”.

Мирзоев рассмотрел в обрамлении подъездов несущий элемент бытия и взялся за его раскрытие. Среди героев – возведенные в миф работники ЖКХ, разного рода неэкзотическая живность и, конечно, короткие и лаконичные надписи.

Рисунки в подъездах сродни наскальной живописи эпохи палеолита. Здесь пережитое и впечатлившее, желанное и разочаровавшее – оказываются в едином пространстве.

Представление о порядке отсутствует. Стены – это холст, предаваемый из рук в руки, от поколения к поколению; это путь, ведущий к понимаю психологии эпохи и людей, жильцов.

Сумасбродство и похоть уединяются в орнамент с искренними “Я тебя люблю” на лестничных пролетах, ступеньках, стенной побелке. Наставления и призывы разбросаны по кабинке лифта, выцарапаны на дверных косяках, выжжены на потолке. Это срам? Бескультурье? Или чистое, всамделишнее искусство, искренний порыв чувства, которое не замусолено академическими принуждениями?

Антон Янковой предлагает поднять голову чуть выше. Он обладает хорошей выдержкой и крепкими суставами. Вряд ли в его паспорте найдется штамп о прописке: его затерли визы, затяжные, многочасовые подъёмы и крепкие морозы высокогорья.

Поместить вселенную на ладонь могут только поэты. Янковому понадобилось около квадратного метра. Его фотографии сделаны на высоте, которая для многих возможна только в воображении.

Янковой забирается высоко, но не страдает высокомерием. Скорее, повышенным чувством перспективы. Человеку, которому не сидится на месте, не достаточно взять фотообъектив. Он должен быть отчаянным романтиком, чтобы делать такие снимки.

Страстный любитель звенящих Гималаев, он запечатлел места, к которым можно пробраться, но выбраться значительно тяжелее. В них красота огромный силы, от неё цепенеют конечности, а стук сердца превращается в самостоятельную сущность.

Прямо напротив работ Янкового в Bruice Collections gallery располагаются фотоснимки, сделанные телескопом Хаббл. Hubble – это автоматическая обсерватория на земной орбите, запущена в 1990 году. Она приносит пользу научному сообществу, делая снимки космических процессов. В то же время эта машина дарит нам прекрасные художественные работы.

Танцующие галактики, косые лучи сверхновой звезды, снежная пыль туманностей будоражат воображение. Объекты, попавшие в объектив Хаббла, одновременно и процессы безмолвного космоса. Они динамичны, в статичном виде напоминают картины неоэкспрессионистов.

Работы Янкового висят напротив фотографий, сделанных телескопом Хаблл. Они объединены общим пространством и подвешенным смыслом. Галактические вихри или горные пейзажи ночных Гималаев не дают загнать себя под колпак наблюдателя. Они спонтанны и неповторимы. Могут жить только в движении, оставляя по себе след в виде нашего от них впечатления. Они естественны, прямо как надписи в моей «парадной».

Павел Кашир


Comments:

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *


6 − 6 =

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>