Novus Domus Phoebus. XVII. Mythrah. The End 0


1c37d06be67at

 

XVII. Mythrah

Отель «Рованиеми» находился в центре, посередине между речным и железнодорожным вокзалом, в паре кварталов от Баллейр  и пользовался большой популярностью – достаточно приличный и не очень дорогой.

Виллиан торопился успеть за широкими шагами Габриэля, следом за ним бежала Таннин – они так боялись опоздать.

- Здравствуйте, нам нужен ваш постоялец, Нувас аль Хайра… Мы из Керубима, в каком номере он живет?

- Двадцать четыре. К нему только что еще кто-то поднялся.

- Спасибо, – они тут же побежали по коридору, не спросив, какой это этаж, но Виллиан прекрасно знал этот номер.

Таннин пыталась успеть за ним, но ей было тяжело так быстро подниматься по лестнице, она путалась в длинной юбке и боялась упасть. В последний момент ее подхватил Габриэль и помог добраться до нужного этажа.

Виллиан распахнул дверь и увидел то, что безумно его удивило – Рефаим и Хаддаэль сидели с персидским гостем за столом и пили чай, обсуждая что-то… наверное связано с историей искусства, Виллиан услышал только «…этот древний дворец настоящая загадка…» когда разговор прервался.

- Мы тоже ждем Герберта, садитесь, – сказал Рефаим.

- Но как вы узнали?

- Виллиан, скажи мне честно, – обратился к нему Рефаим, – я похож на идиота? Как ты думаешь, неужели ты один понял, что к чему?

- Слушай, – Виллиан взорвался от злости, – а может тебе не стоит лезть в мою работу? Не совать везде свой длинный нос, а сидеть и писать свои идиотские статьи! Откуда я знаю, может вы с ним заодно?

- Ты сейчас нас сдашь, твой крик слышен всем соседям, а если Герберт не придет, мы ничего не сможем сделать. Вообще ничего… Ты просто больше никогда его не увидишь. Тссс… кто-то идет.
Виллиан с Таннин зашли за дверь и все замерли.

- Рефаим? Хаддаэль?

- Здравствуй, Герберт, – отозвался Хаддаэль.

Дверь захлопнулась. Герберт нервно оглянулся и увидел керубов и предводителя Ластерских головорезов. Лицо его стало белее мела. Он выдавил из себя кривоватую ухмылку:

- …и вы здесь…

- Да, Герберт, – отозвался Виллиан, – мне очень жаль, но нам придется тебя забрать с собой. Правда, Габби?

- Конечно. Это и правда он. – Габриэль кивнул.

Герберт обвел всех взглядом, в том числе и Нуваса аль Хайру, а затем тихо спросил:

- Как вы все узнали?

- Ну, – Таннин старалась не смотреть на него, скрывая слёзы, – не сумев тебе лично передать информацию, Луэллин позвонил в Керуб, а телефонной связью, как тебе известно, руковожу я. Мы были очень удивлены, ты же сказал нам, что Нувас аль Хайра пропал без вести… Ты хотел его убить, так же, как убил доктора Рейналлта, и чтобы никто ни о чем не узнал? Что ты интересовался статуэткой, после того, как стало известно, что она подлинная. Но ты не знал одного, Герберт – статуэтка уже около недели в императорском дворце.

- А записка?

- Записку тоже написала я, – Таннин еле сдерживалась. – Как ты мог?..

- …внучки… – самими губами ответил Гербер и вышел из отельного номера. Он понимал, что для него всё законченно.

(Несколько дней спустя)

В Керубиме было шумно и многолюдно, сегодня пришли новые студенты на практику, не только не помогая, но и мешая всем работать. С деловым видом они бегали по зданию, чтобы все думали, что практиканты очень заняты. Курировала их Таннин, неустанно объясняя обязанности будущего Стража.

- Да, смотрите, те документы, которые утверждаются секретарем Главного Керубима как уже ненужные, отмечаете печатью «архивный материал» и складываете в этот шкаф, – девушка показывала толпе студентов комнату временного архива. – Минимум раз в месяц вы должны отвозить эти бумаги в городской архив, тогда на них кроме печатки появляется еще роспись архивариуса и накладная, которую отдаете в секретариат Главного Стража, Виллиана. Сплошная бюрократия, но зато так всё будет на месте. Понятно?

Толпа загудела, что всё понятно. Они переминались с ноги на ногу: можно уже им пойти, еще к занятиям на завтра готовиться.

- Всё, идите, – в кабинет зашел Виллиан, и, дождавшись, когда практиканты уйдут, приобнял девушку. – Ну что, ты готова идти в гости к Рефаиму?

- Да, пойдем. Ты купил вино?

- Конечно.

Таннин заперла кабинет и они спустились на первый этаж.

В коридоре было почти пусто, хотя стражи уходили в непривычно раннее для них время. Дело просто в том, что когда Виллиана назначили Главным Стражем Империи, они вдвоем оптимизировали работу настолько, насколько было в их силах, тем самым упростив работу в кабинетах и керубы могли уходить домой намного раньше, выполнив все свои обязательства. К 6-ти вечера оставались только дежурные и слишком загруженные работой сотрудники.

На улице было свежо и тепло после дождя, поэтому керубы решили пройтись пешком, благо было недалеко. Иногда их узнавали и приветствовали по пути к дому на улице Парсиваль 5а.
Дверь открыл Хаддаэль:

- О, а мы вас давно ждем! Заходите, давайте свои плащи и шляпы сюда.  Рефаим, у тебя слишком мало места в гардеробе!

- Он не рассчитан на гостей, – из кухни вышел хозяин дома. – Здравствуйте, давайте поднимемся в кабинет, там, по крайней мере, есть где сесть всем. О, вино, спасибо, Хаддаэль возьми бокалы!

- Я беру пиццу!

- Ладно, я сам…

Они поднялись в кабинет и сели вокруг стола, за которым на почетном месте восседал Рефаим в кресле.

- Итак, послезавтра выходит история о Герберте и Германубисе. Но мне не всё понятно.

- Мне, кстати, тоже… – сказал Хаддаэль. – Честно говоря, мне вообще ничего не понятно. Он что, собрался всех убить?

- Дело в том, – начал свое повествование Виллиан, – что Герберт знал о статуэтке намного раньше, чем Хаддаэль ее нам показал. Можно начать с того, что еще пять лет назад Герберт ездил с внучками в Персию, в том числе и в Национальный багдадский музей. Устав от любопытства своих внучек, Герберт попросил экскурсовода, который знает романский, но к сожалению, свободного экскурсовода для иностранцев не оказалось. Спустя несколько минут, администратор обратился к нему с тем, что в музее присутствует учёный, который с удовольствием расскажет всё, что знает. Как вы успели догадаться, этим учёным оказался Нувас аль Хайра.

- Так они знакомы?

- Да,  – подтвердил Страж. – Волею судьбы они продолжили свое общение, и персидский учёный даже приезжал в наш город в гости к Герберту. Спустя пять лет, то есть два месяца назад, к аль Хайре приходит Хаддаэль и показывает единственную сохранившуюся настоящую статуэтку Германубиса. В том что она подлинная и с ее помощью можно вернуть в этот мир божество, не вызывает никаких сомнений. Как только Хаддаэль уехал от него, учёный тут же написал Герберту, подав идею украсть эту знаковую вещь.

- Ну я и дурак, – проворчал герметист, внимательно рассматривая узор на паркете.

- Нет, ты не дурак, кто же знал, – Таннин в знак поддержки положила руку ему на плечо, и, поняв, что он не реагирует, поспешно убрала.

- Так вот, – продолжил Виллиан, – после письма Герберту, Нувас аль Хайра написал второму своему знакомому из нашего города, как вы понимаете, Рейналлту, которого Герберт тоже знал. Бывший страж очень расстроился, когда узнал, что тайну молодого герметиста знает кто-то кроме него. И решил действовать. Он заплатил двум наемникам, чтобы они поискали статуэтку в доме Хаддаэля, но оба раза были, увы, неудачны. Но Герберта одолели сомнения. Если Рейналлт узнает, что ее украли, он сразу догадается, кто это сделал. А убить старого высокомерного профессора было несложно, он никогда не запирал ни дверь, ни окна. Именно из-за сомнений он сначала убил профессора Рейналлта, а лишь потом стал искать Германубиса.

Виллиан прервался, долил себе вина в бокал и затем продолжил свой рассказ:

- В чем была загвоздка с персидским учёным, так это то, что он бы выдал Герберта, ведь он прекрасно понимал, кто убил Рейналлта. Поэтому, когда я собрался отослать его и Таннин в Багдад, он запаниковал и послал запрос о пребывании учёного в городе, который не подтвердился. Что само собой разумеется, так как в это время Нувас аль Хайра уже был на полпути в NDF. Но так, как случилась накладка с тем, что статуэтка давно в дворце Императора, о чем никто не знал из керубов, то единственный способ поймать Герберта был познакомиться с аль Хайром, но это была чистая случайность. Всё остальное вы знаете.

Все молчали. Самым угрюмым был Хаддаэль, было видно, что бокал в его руке дрожал.

- Ну, – Таннин посмотрела на Рефаима, – теперь твоя очередь рассказывать. Ты же специально поведал Оддиту о Германубисе, зная, как он поступит, не так ли?

- Само собой, – Рефаим улыбнулся, и обернулся к Хаддаэлю, – прости, что не сказал тебе, но никто не должен был знать. Иначе бы не сработало. Я ничего не планировал, я просто знал, как он поступит, всё получилось само собой, я шел по улице и увидел, что он куда-то торопится, пошел за ним и поехал на том же поезде в Кардифф. Правда я пропустил поезд в Кирффэрддин и мне пришлось пару часов проторчать в городе, прежде чем поехать во дворец. Самое главное, чтобы никто ни о чем не догадался, иначе бы вы никогда не поймали Герберта.

- А как ты узнал, что это он? – спросила Таннин.

- Я не знал, что это он. Для меня было важно, чтобы до того, как статуэтка окажется в дворце, про ее перемещение никто не знал. Вот и всё. А узнал я тогда же, когда и вы… просто мы пришли в отель на 10 минут раньше. Вот и вся моя история.

Хаддаэль молчал. Затем он быстро допил вино, встал и вышел с комнаты. Еще через мгновенье было слышно, как захлопнулась дверь.
Рефаим встал и посмотрел в окно провожая фигуру в длинном кардигане. Затем он повернулся к остальным:

- Ну что же, кажется, он сюда больше не придет…

(спустя неделю)

- Ну вот, Виллиан, ты и пришел, я ждал тебя, – Рефаим впустил к себе гостя в странный длинный дом с горгульями на улице Парсиваль 5а.

- Конечно ждал. – Главный страж снял пальто и без приглашения стал подниматься в кабинет, поскрипывая половицами старой узкой деревянной лестницы.

- Ты не знаешь, как там Хаддаэль? – Рефаим поднялся следом и закрыл за ними дверь.

Они сели в кресла рядом, и оба смотрели в окно. Виллиан чувствовал себя неуютно, ему вдруг показалось, что он зря пришел, что не стоило бы этого делать. Страж смотрел в окно и продолжал говорить, не глядя на собеседника:

- В Кадишту говорят, что Хаддаэль в Александрии с женой. Они с Эдиф помирились, как я слышал. Я думаю, что он знает то же, что и я, именно поэтому он в тебе разочаровался, Рефаим. Именно поэтому уехал, именно поэтому вернулся к жене. Хотя, по идее, тебе же виднее, где он.

- Я не даже не пытался узнать, как он там. И как давно знает, что я и есть Митра.

- Стыдно?

- Мне? Нет, мне не стыдно. Мне все равно.

Они так и не посмотрели друг на друга.

Виллиан молча ушел, а Рефаим прислонился лбом к окну, провожая керуба.

Рефаим понял, что ему все равно не потому, что он ничего не чувствует к этому человеку, а потому что завтра утром едет в Александрию.

А за окном, между прочим, начинался дождь. Вот вам и лето…


Comments:

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *


3 − 2 =

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>